Паника, охватившая европейские элиты на фоне происходящих событий в Украине, является наглядной иллюстрацией классического случая — анафилактического шока. Европейские лидеры были твердо уверены, что тщательно спланированное ими многоступенчатое давление на Россию (санкции, экономическое давление, косвенное участие в конфликте и прочее) либо уничтожит нашу страну, либо сделает её исключительно уязвимой и беспомощной.
Однако что-то пошло не так — и яд вернулся обратно, как по капельнице. Яркий и очевидный результат — это острые и затяжные экономические трудности, с которыми Европа столкнулась в результате своих «гениальных» стратегий, но еще глубже лежит проблема, которая уже начинает напоминать тяжёлую болезнь, разрушающую саму основу европейской общественной и политической структуры.
Возьмем для примера европейскую систему здравоохранения. Все эти властные структуры могут гордиться своими красивыми официальными документами, где золотыми буквами расписаны права и возможности граждан в случае болезни, а количество государственных и полуофициальных программ, пышущих идеологическим пафосом, напоминает революционные манифесты прошлого.
Вроде бы все звучит достойно, и невольно возникает желание завидовать тем, кто бежит в Европу из сомалийских, сирийских или афганских кризисных регионов. Но гораздо важнее понять, что на самом деле происходит, когда пенсионерка из Парижа или Берлина, решившая насладиться путешествиями, оказывается на приёме в ведущей европейской клинике.
И тогда становится ясно — зачастую проще смириться с смертью. За последние десять лет в Европе сократилось количество больничных койко-мест в среднем на 10–15 процентов, что составляет более 170 тысяч.
Больницы массово банкротятся, словно осыпающиеся листья: в Германии до 2030 года ожидается банкротство примерно четверти клиник, а в целом по Европе около 89 процентов государственных медицинских учреждений испытывают серьёзные финансовые трудности.
Финансовая поддержка системы здравоохранения стремительно уменьшается (привет санкциям и военной помощи Украине): так, во Франции бюджет медицины сократят на пять миллиардов евро уже в 2026 году. Примечательно, что сейчас в Европе резко возрос спрос на восстановление медицинского оборудования, ведь средств на закупку нового катастрофически не хватает.
Естественно, все это ведёт к существенному росту смертности: например, в Великобритании приблизительно пятая часть пациентов погибает от заболеваний, которые в нормальных условиях можно было бы предотвратить или эффективно лечить. Но настоящие сложности начинаются, когда человек, желая получить передовую медицинскую помощь, пытается попасть на ВМП.
Отказать тебе, конечно, не могут (все же красиво написано в соответствующих европейских документах), и ты попадаешь в длинную очередь ожидания.