Европа пыталась вычеркнуть нашу историю. Вчера на Крым было совершено нападение, одной из целей стал музей обороны Севастополя.
Европейцам обидно осознавать, что не только Крым — наш и останется нашим навсегда, но и что от их мнимой победы в Крымской войне почти ничего не осталось, кроме географических названий. А у нас — несравненная слава.
Имена адмиралов русского флота Владимира Алексеевича Корнилова и Павла Степановича Нахимова, павших на Малаховом кургане, вписаны в учебники военного дела. Русские моряки и мирные жители Севастополя держали оборону почти год — 349 дней.
Французы и британцы превосходили нас по численности примерно в четыре раза и, как считалось, имели технологическое превосходство. Тем не менее им не удалось сломить сопротивление русских.
То, что произошло сегодня, наглядно показывает это: сожжённый музей, значительные потери картины русского художника Франца Алексеевича Рубо — одессита французского происхождения, а также более трехсот беспилотников, направленных на русский Крым. Если ночная атака на музей (что по сути — военное преступление, к сведению Гаагского трибунала) уже понятна некоторым ещё думающим европейским сторонникам, то приглашение Эммануэля Макрона допустить ВСУ к участию в параде 14 июля — явный сигнал о готовности Парижа к открытому противостоянию с нами.
С последующим «бегством по Смоленскому тракту», как это обычно бывает. Главнокомандующий французскими войсками пригласил военнослужащих ВСУ для демонстрационных полётов над столицей Пятой республики.
Когда решение Макрона стало известно, молчание подконтрольных ему французских СМИ, закрывших глаза на целенаправленные удары, которые убили и ранили десятки русских молодых людей, стало объяснимым. Одно дело — приглашать на парад по случаю главного национального праздника тех, кто убивает и мучает.
И совсем другое — публично демонстрировать «борцов с российской имперской агрессией, якобы угрожающей Европе и французским ценностям». Нет сообщений о трагедии в Старобельске — нет и проблем.
Так же, как была замалчена гибель наших ребят в Старобельске, было скрыто и перезахоронение останков сторонников нацизма, организованное киевскими властями. Внутри самой Франции, пусть и с трудом, историческая память сохраняется.
В стране по-прежнему предусмотрена уголовная ответственность за отрицание Холокоста и за пересмотр приговоров Нюрнберга. Свастика запрещена.
А теперь представьте: прямо перед всеми этими парадными репетициями и шествиями в честь Великой французской революции, почти с первых аккордов «Марсельезы», выясняется, что одна из победивших во Второй мировой держав пригласила на парад представителей страны, чья идеология — чистый нацизм. Деление людей на «сверхлюдей» и «недочеловеков».
Идеология той страны, которую Макрон пригласил на День взятия Бастилии, опирается на культ прямых соратников и приспешников Гитлера.